Главная По краю Донскому В.А.Дронов "30 МИФОВ О КАЗАЧЕСТВЕ" продолжение...

В.А.Дронов "30 МИФОВ О КАЗАЧЕСТВЕ" продолжение...

16. Миф: расказачивание началось в 1919 г., было осуществ-лено исключительно репрессивным путём.

Донское казачество владело феноменальными воинскими качест-вами. С малых лет воспитывались нравственные ориентиры: вера, готовность к самопожертвованию, чувство долга и стремление к правде. Однако неповторимым явлением в мировой истории кзачество не являлось. Известны исторические общности, сходные по ряду приз-наков: – гайдуки, территория южных славян, XVI – XVIII вв., – граничары, граница Османской империи, XVI – XVIII вв., – конкистадоры, Латинская Америка, XV в., – реконкистадоры, Испания, VIII – XI вв., – самураи, Япония, XII – XVII – страдиоты, Албания, XV – XVIII вв., – швейцарские кнехты, XIII – XIV вв.

При сравнении основных характеристик этих сообществ (историко-компаративистский метод), можно выявить их общее и особенное, степень сходства и различия с казачеством, а также тенденции развития. Для возникновения каждой из них должны были сложиться обусловленные геополитические условия, их уход с исторической аре-ны явился неизбежным следствием кардинальной перестановки поли-тических сил. Все они появлялись на определёном этапе истории и исчезали.

Война между феодальными домами в Японии создала предпо-сылки для возникновения сёгуната — правления самурайского сословия. Однако в 1860-е гг. власть последнего сёгуна рухнула, ушли в прошлое и самураи. Несмотря на закат той эпохи, до сих пор устои самураев продолжают влиять на самосознание японцев, через полтора века после ухода с исторической сцены этот образ остаётся одной из основ культурного кода японцев. Хотя о возрождении самурайства как сословия, или в какой-то другой ипостаси — никто и не помышляет. Учёные делают вывод о прерывности социального опыта, об утра-те на определённом этапе условий для жизнедеятельности и возмож-ности самореализации казачества, которое неумолимо становилось исчезающей социальной сущностью. Система, частью которой стало казачество, в ходе грозовых собы-тий неизбежно умирала.

Отсюда — на гибель было обречено и само казачество. Это была вполне «естественная смерть», предполагавшая отмирание сословности. Но бурные и страшные события начала XX в. направили развитие казачества в иное русло. Выгодная для государства практика выхода казаков на службу с личным вооружением, снаряжением и конём считалась незыблемым традиционным порядком. Такая система комплектования казачьих частей обеспечивала мобилизационное преимущество и одновремен-но снижала бремя содержания государством части войск. В воинском искусстве XVII в. кавалерия играла решающую роль ударной силы.

В XIX в. появились нарезные винтовки, стало реаль-ностью видоизменение полевой фортификации. Эти факторы изменили характер боевых действий. В годы правления Александра II началось резкое сокращение количества кавалерии. Число конных соединений уменьшилось. Начальник германского генштаба А. фон Шлиффен в 1909 г. отмечал, что «заряжающиеся с казённой части орудия и пулемёты без всякой жалости изгонят кавалеристов с поля боя» . Новый кавалерийский устав 1912 года приравнял пеший и конный бой.

В Первую мировую войну применение автоматического оружия и наличие защитных сооружений сделали невозможной массовую кавалерийскую атаку, в т. ч. легендарную «лаву». Лобовые атаки на пулемёты стали губительными. Обходные манёвры оказались недоступными, т. к. оборонительные позиции стали сплошными. В условиях, когда «Сэм Кольт уравнял шансы», решающая военная составляющая кавалерии отпадала. Существование значительной казачьей кавалерийской вооружённой массы — 60 конных полков 3-х очередей и 72 сотен (не в составе полков) стало избыточным. Это было ещё одним звонком беды, которая названа расказачиванием.

И здесь мы подходим к сути причин исчезновения казачества. Главная составляющая проблемы: экономическая основа. Форма землевладения казачьей общины была феодальной по сути. Сеньором вы-ступало государство, предоставившее землю за военные заслуги и службу своему вассалу — донскому казачеству. Отличительной чер-той являлось то, что сеньор и вассал были не частными лицами. Донской историк Алексей Алексеевич Карасёв в 1905 г. охарак-теризовал казаков как «крепостных Российской Империи». Известный историк и знаток казачества Даниил Лукич Мордовцев указывал, что «самоё казачество, как известная стадия исторического хода общества, представляется одною из вымирающих форм жизни», причём, по его словам, «чем скорее завершится полное вымирание, тем лучше», поскольку казачество — «явление средневековое в своей истори-ческой основе и не соответствует новым условиям жизни» .

Система ослабления донцов была выдумана не в 1920-е гг. Как на-чальную стадию расказачивания можно рассматривать процесс включения в общую систему государства в XVII–XVIII вв. Инволюция (утрата черт в процессе эволюции) и инкорпорация (включение в состав России) вольноавтономных казачьих сообществ — тоже из ряда причин исчезновения казачьих устоев. Был этот процесс не менее кровавым, чем в годы Гражданской войны. У Войска Донского в XVIII в. отобрали большие пространства земли на Северском Донце, Верхнем Хопре и Бузулуке. Для подав-ления последних очагов своемыслия повеление Петра I князю В. В. Долгорукову было воистину императорским: «ходить по тем городкам, которые пристают к воровству, и оные жечь без остатку, а людей рубить, а заводчиков на колёса и колья…» Следующий его приказ был более конкретным: «… надлежит опустошить по Хопру сверху Пристанной и по Бузулук, по Донцу сверху по Луган; по Медведице по Усть-Медведицкой. По Бузулуку всё. По Айдару всё. По Деркуле всё. По Калитвам и по другим Задонным рекам всё».

Так «ушла» 1/3 часть казачьих земель. В середине XIX в. Россия вступила в эпоху модернизации, естественным путём разлагавшую основу казачьего существования. Кризис его нарастал. Впервые курс на ликвидацию сословия был взят в ходе реформ 1860-х гг. Современные исследователи считают, что тогда и возник термин «рассказачивание». Попытки изменить основы организации Войска были. Доцент Таганрогского иститута им. Чехова Алексей Александрович Волвенко нашёл в ГАРО полный текст «Проекта основных начал Положения о войске Донском» от 1860 г. Предусматривалось: – ограничение определённой нормой числа служилых казаков, – введение нового порядка формирования строевых частей на принципах конскрипции , – освобождение части казаков от обязательной военной службы, – предоставление казакам права беспрепятственного выхода из со-словия, – разрешение приёма иногородних на казачьи земли и в казачью службу, – допущение частной собственности в казачьих землях . Реализация таких идей привела бы к радикальному изменению ка-зачьего уклада жизни. И опять у Гольштейн-Готторп-Романовых не хватило уровня государственного мышления. Продолжалась погоня за сиюминутными выгодами (сохранить надёжу и опору трона!), идеи реформирования были отправлены в корзину. После реформы 1861 г. был выдвинут лозунг: «роль и задача ка-зачества уже окончены».

В Петербурге создали специальный Особый комитет по пересмотру казачьих законоположений. На первом же за-седании военный министр Д. А. Милютин поставил вопрос о ликви-дации казачества, так как три Войска оказались внутри государства и потребность в «живой изгороди» миновала. У него возникла идея при-зывать казаков Дона на службу на основаниях, общих для всех под-данных империи. Такой же политики придерживался министр внут-ренних дел М. Т. Лорис-Меликов. По-новому в Петербурге взглянули и на экономическую целесооб-разность существования казачества, с позиции недополучения средств в казну. Налоговые льготы для большей части населения казачьих областей немалым грузом ложились на бюджет империи. К пропаганде широко подключилась пресса. Газеты писали, что ар-хаичное казачество не вписывается в структуры армий современного европейского государства. Эти намерения Особого комитета спровоцировали возникновение политической оппозиции среди донских казаков. Противником стал генерал Я. П. Бакланов, не желавший «записи казаков в драгуны».

Правительства Александра III и Николая II продолжали искусственно сохранять этот «остров» традиционализма в строительстве индустриального общества. Они заботились лишь о дешёвой военной силе, оказывая «медвежью услугу» казачеству Дона. На кардинальные реформы системы казачьей службы правительство не пошло, и это была роковая ошибка. С развитием капитализма «расказачивание» объективно назревало. Правительство с 1868 г. разрешило постоянно проживать на Дону неказакам, иногородние получили право приобретать землю и другую недвижимость. Тем самым, прежняя замкнутость крестьянства была практически ликвидирована. Со значительным притоком иногороднего населения началось постепенное разложение казачьей общины. Длительная военная служба являлась тяжким бременем, консервирующим хозяйство. «Население множилось, земельный пай уменьшался, а культура не изменялась к лучшему, ибо капиталов извне не притекало, местными средствами создать их не было возможности, и не было перед глазами рациональных хозяйств», — такой итог подвёл в 1884 г. С. Ф. Номикосов .

Донское казачество в начале XX в. всту-пило в острый период экономического кризиса. Донские экономисты в начале XX в. отмечали: «Донская область, существующая уже около 300 лет, и имеющая все данные для развития сельскохозяйственной промышленности до сих пор находится позади соседних степных губерний в культурном развитии своего коренного промысла» . Основной причиной было названо положение казачьих масс — лежащей на них обязанности поголовного отбывания воинской повинности. Когда на село пришли иные условия труда, новая техника, стало понятным: годы службы, вырванные из экономического цикла, тянут сельхозпроизводство вниз, делают его неэффективным. Служба сковывала самодеятельность производителя, не создавала условий для маневренности рабочей силы, казаки были лишены личной хозяйственной инициативы. Экономика казачьего общества в условиях рынка рано или поздно оказывалась неконкурентоспособной.

Аналитики отмечали, что развитие рыночных отношений, частная собственность подрывают экономические основы казачьей общины, рано или поздно они сметут и юрт, и пай, и все льготы. Всё это обре-кало казачью войсковую систему на неизбежное исчезновение, было похоронным звоном по казачьему сословию. Особенно резко высказался Главнокомандующий Кавказской армии генерал-майор Л. Ф. Бичерахов: «Рост государственной жизни изжил казачье состояние». В условиях индустриализации и модернизации страны казачество не имело перспектив при любом режиме. К тому же община медленно, но неизменно разлагалась изнутри.

В начале XX в. пошёл процесс «социокультурного расказачивания», культурный багаж стал ассимилироваться с другими слоями общес-тва. Фиксировался упадок общественной и семейной нравственности: потеря уважения к старшим, нарушение дисциплины, как на службе, так и в быту, изменения отношения к семье и браку. Появились явные признаки девиантного поведения в среде молодёжного поколения. Именно тогда наблюдалось начало размывания казачьей культуры, казачество стало стремительно терять свою индивидуальность. По подсчётам профессора Александра Ивановича Козлова накануне Первой мировой войны казаки составляли 38,6 % населения Об-ласти войска Донского, коренные крестьяне — 23,5 %, «иногородние» — 29,0 % . Итого крестьянство составляло 52,5 % от населения Области. Прочие сословия — 9 %. Лишь война и революция не дали перемешать казачество с остальным населением в мощной социальной системе Российской империи.

III Государственная Дума предложила в духе Столыпинской реформы расформировать казачье землевладение. Была выдвинута инициатива заменить общинное землевладение у казаков на частное. Всё чаще и чаще стали раздаваться голоса о том, что привилегия службы за свой счёт, со своим конём и снаряжением, пожизненно и поголовно становится одиозной. Всё больше и больше казаков стало понимать — такое положение дел является принудиловкой, а не почётным правом и не святой обязанностью. В большинстве стран мира формирование армий, как в мирное, так и военное время, стало проводиться по иным, более эффективным технологиям и схемам. Временное правительство тоже готовило условия для уничтожения казачества. Министр земледелия В. М. Чернов заявил, что казакам придётся потесниться на своих землях в пользу крестьян. Программы всех политических партий (кроме монархических) требовали уничтожения сословий и полную равноправность всех граждан. Расказачивание стало неизбежным.

Первым шагом к ликвидации сословия стало воззвание Временного правительства от 3 марта 1917 г. об уничтожении сословий. Окончательное решение о судьбе казачества было принято 8 ноября декретом ЦИК «Об уничтожении сословий и гражданских чинов». Прежние его привилегии были устранены. Этот документ кардинально поменял всё: экономическую основу казачества, его быт, структуру управления, да и всю жизнь на Дону. Новая власть заменила службу казаков краткосрочным обучением в станицах, приняла на счёт государства обмундирование и снаряжение казаков, призванных на военную службу. Всем казакам разрешалась свобода передвижения по стране, военные сборы отменялись Это нововведение привело к существенным социальным сдвигам. Крестьяне обоснованно стали выдвигать требования по разделу земли, мотивируя тем, что в новой обстановке казачий земельный пай прекратил своё предназначение. Они стали изымать участки у помещиков, коннозаводчиков (арендованные ими земли Войскового запа-са).

Войсковая старшина восприняла эти действия однозначно: грабёж. Однако может быть, крестьяне возвращали нажитое своим трудом? После волны конфискаций помещичьих земель председатель Войскового Круга П. М. Агеев прямо на заседании Круга отмечал: «… Все эти Ефремовы, Иловайские, кои вопят о несправедливом отобрании земли, сами грабители, и отобрание у них земель будет отобранием накраденного у вора…» Объёмы изъятий земель у помещиков и коннозаводчиков до сих пор не исследованы, мы не знаем, какие площади изъяты, сколько отнято средств производства. Конечно, это являлось нарушением Свода законов Российской империи. Однако новой властью самодержавные законы были отменены, опубликованы новые. Из-за этой правовой «вилки» рухнула вся мирная жизнь на Дону. Сторонникам теории «большевики хотели забрать казачьи земли» следует напомнить, что ни в одном источнике не находим требования дележа казачьих паёв. Так же, как и фактического отъёма оных. 

Прошло 3 года существования новой власти. В Донской области в 1923 г. средний надел на едока составил 3,74 дес. в казачьих семьях и 1,0 — в крестьянских . Как видим, никто не отбирал казачьи участки. Казачьи наделы оставались в пользовании семей вплоть до 1929 года. Главный козырь в руках казакоманов — Директива от 24 января 1919 года. Начнём с того, что никакой Директивы не было, такое наименование придумали умельцы информационной войны — с це-лью более эффективного использования влияния вербального аппа-рата. Оставим специалистам по нейролингвистике способы усиления воздействия на человека. Они выдумали мудрёный термин — рефрейминг, переформулирование понятия для изменения восприятия есаул В. В. Фолометов раздел догола, собственноручно искромсатил железной лопатой, кольца поотрубал с пальцами, тело приказал за-рыть под плетнём. Несомненно, эти события аукнулись в январе 1919 г.

В ходе испол-нения требований Циркулярного письма в Верхне-Донском округе погибло 600 чел. Эмигрант П. Григорьев привёл данные: в Казанской расстреляно 87 чел., Мигулинской — 64, Вёшенской — 46, Еланской — 12 . К сожалению, до сих пор нет сколько-нибудь корректной общей цифры репрессий, вызванных Циркулярным письмом. Восставшие верхнедонцы уничтожили немногочисленные гарнизоны красноармейцев в хуторах. Захваченных советских работников и коммунистов топили, повстанцы расправились с комиссарами, милиционерами и красноармейцами. К ст. Казанской подошёл обоз, оказалось, что это транспорт РККА идёт на фронт, везут боеприпасы и оружие. Во время короткой схватки было схвачено много женщин, казаки с ними расправились. Под руководством казака К. С. Атланова в ст. Еланской вырубили почти всех большевиков, истребили Мигулинский гарнизон. Восставшие убили 8 тыс. красноармейцев, потеряли сами 7 тыс. По документально подтверждённым материалам «Особой следст-венной комиссии по расследованию злодеяний большевиков» число расстрелянных красными во второй половине 1918—1919 гг. на территории войска Донского, Кубани и Ставрополья составило 5598 чел., из которых 3442 чел. расстреляно на Дону. При этом профессор Леонид Иосифович Футорянский пишет, что числа, содержащиеся в материалах комиссии, преувеличены .

Циркулярное письмо действовало 7 недель. Пленум ЦК РКП (б) от 16 марта 1919 г. принял решение о приостановке мер террора «по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью». Были аннулированы приказы о конфискации у казачьего населения повозок с ло-шадьми, фуража, запрещены реквизиции. В Новороссийске при отступлении сдались 22 тыс. донцов, в отличие от репрессий 1919 г., массовых расстрелов не производилось . Тут мы сталкиваемся ещё с одним мифом: на берегу Чёрного моря красные якобы совершили массовый террор. Но произвели только чистку высшего казачьего командования, офицеров кого растреляли, кому дали тюремные сроки. Сдавшимся трудовым казакам объявлялась амнистия. Те, кто был моложе 34 лет, должны были явиться в военкоматы, получить отпуск, а затем на общих осно-ваниях идти в Красную армию. Многие из брошенных на берегу стали записываться в РККА. Вступили в переговоры казаки 7-го ДКП, 13 младших офицеров и 170 казаков этого полка были зачислены в Красную армию и сведены в два эскадрона во главе со своими же офицерами. Была сформирована 4-я дивизия Конной армии.

По прибытию в Польшу на боевые позиции, казаки, проделав 70-километровый форсированный марш, ушли к полякам. Бросила позиции 3-я Донская бригада 1-й Конной армии — всего около 800 чел. Кубанский полк дезертировал 20 июля. Из 8-й кавалерийской дивизии к полякам ушёл полк имени Л. Троцкого, насчитывавший около 800 чел. В Польше были созданы части: 3-я Отдельная Донская казачья конная бригада есаула А. И. Сальникова численностью около 900 казаков, Отдельная (Кубанская) казачья бригада есаула М. И. Яковлева — 1900 казаков. Донской полк полковника П. М. Духопель-никова — около 900 чел., Донской казачий полк войскового стар-шины Д. А. Попова численностью около 600 казаков, полк есаула М. Ф. Фролова, дивизия генерала В. А. Трусова, Уральский казачий полк, Терский казачий полк, Оренбургский казачий полк, Кубанский казачий полк .

Казаки, воевавшие в Войске Польском, были одними из авторов «чуда на Висле» в августе 1920 г., приняв участие в разгроме наступавших на Варшаву советских армий. Казачьи части показали себя в октябрьском походе Польши на советскую территорию. И как знать, какой весомости были заслуги перебежчиков-казаков в том, что поляки взяли в плен более 150 тыс. красноармейцев, уничтожив из них 70 тыс. Когда некоторые исследователи характеризуют политику большевиков по отношению к казачеству, они, прежде всего, ищут негатив в высказываниях руководителей различного уровня. Один из эффективных приёмов — выдёргивание цитат Л. Д. Троцкого, С. И. Сырцова. Однако там, где новая власть давала положительную оценку казачеству — в исследованиях умалчивается. К тому же следует иметь виду, что это частные высказывания, зачастую не совпадающие с официальной точкой зрения центральных органов.

Есть и объективные причины этого явления. В политике отно-шения советской власти к казачеству сформировались две тенденции: общероссийская и региональная. Увы, зачастую они имели противо-положную направленность. Так сложилось, что региональная власть чаще отражала социальные запросы иногородних, нежели интересы казачества. Над ними довлела огромная масса претензий к казачеству, сложившихся в годы Гражданской войны. Поэтому высказывания, предложения отдельных местных деятелей были выдвигаемы зачас-тую более жёсткие и радикальные, нежели директивы центральных властей.

В работах специалистов по истории казачества существует громад-ный разброс оценок потерь в 1914–1920 гг. Например, по данным американского демографа Михаила Семёновича Бернштама, за 1917–1920 гг. на Дону погибло около 1,3 млн лиц казачьего сословия. Как это — из 1,5 млн чел.? К 1926 г. численность казаков по станицам Дона восстановилась. Получается, что за 6 лет каждая казачка должна была родить по 30 детей. Сами судите об «объективности» таких исследований. Историки старательно обходят вопрос о сравнении потерь казачества в Первой мировой и в годы Гражданской войны. Лишь в последние годы стали появляться подобные исследования: «В сопоставлении с погибшими, пропавшими без вести, не вернувшимися из плена в результате Первой мировой войны, убыль казаков, воевавших в Гражданской войне, примерно одинакова» . Общие, в том числе фронтовые, потери Войска Донского в годы Первой мировой войны, Великой русской революции и Гражданской войны были огромны.

По оценке профессора Андрея Вадимовича Венкова они составляют примерно 250 тыс. чел., 34 тыс. ушли в эмиграцию. К тому же погибали лучшие люди. Бригадир тракторной бригады (х. Лопатин Верхнедонского района) Г. И. Дронов гутарил своему племяннику В. А. Дронову: «Валерка, что ни война, что ни революция — гибли лушие. По хуторах оставалась самАя шантрапа». Но в «лихие 1990-е» утраты от репрессий были изрядно преувеличены. Смешение количественных факторов видно на примере Верхне-Донского округа. К концу 1918 г. здесь было убито 7 тыс. казаков из числа способных носить оружие. Большинство погибло в ходе боевых действий, разумеется, с геноцидом эти потери никакого соприкосновения не имеют.

Другой приём мифологизации заключается во включении боевых потерь в массив репрессий. В ходе наступления в 1919 г., в некоторых частях Донской армии погибла почти половина казаков и 3/4 офицеров. Двоюродный дед автора полковник Леонтий Константинович Дронов был назначен командиром 4-го Донского полка 1-й Донской дивизии. В августе 1919 г. полк участвовал в семи атаках на противника, в сентябре было 5 боёв, в октябре 8 атак, в декабре 4 жесточайших боя с конницей Б. М. Думенко — под Купянкой, Каменской и Лихой. Особенно пострадала пехота, под Красножёновкой натиском красных она была частью порублена, частью взята в плен, частью смята. В марте 1919 г. в полку числилось 300 штыков, 700 сабель, а к осени из мартовского состава осталось 17 штыков и 60 сабель. Где было уничтожено казачество: в ходе репрессий или в боевых действиях в двух войнах?

Аргументированного ответа на этот вопрос пока в научных кругах не прозвучало. Получившие в последние годы широкое распространение оценки численности жертв — порядка сотен тысяч и даже миллиона не имеют документального подтверждения. Термин «геноцид» был введён в оборот публицистами и литературоведами без достаточного обоснования. Геноцид (в переводе с греческого «уничтожение рода, племени») означает физическое истребление какой-либо национальной или этнической группы. Человек уничтожался только за свою принадлежность к этой сообщности. Требование поголовного расстрела казаков означало бы аннулирование всей идеологии марксизма как таковой, а поэтому не могло быть сформулированным ни Лениным, ни Сталиным, ни Свердловым, ни Троцким, ни кем кем-либо ещё.

Довоенная численность казаков в 1923–1926 гг. восстановилась. В 1934 г. по составу населения только в Вёшенском районе насчитывалось около 94 % казаков (их никто не уничтожил) . Этого не смогло бы произойти, если массовый геноцид казачества признать реальностью. Любителям поисков геноцида и преследований надобен совет не закрывать глаза на жестокости, чинимые одной стороной конфликта. Следует преодолевать склонность к односторонней оценке тех или иных событий и процессов. Нельзя с лупой в руках изыскивать и выпячивать ужасы, творимые стороной другой. Гражданская война есть бойня населения с обеих сторон. Критическая верификация (проверка информации на достоверность, правильность и точность) даёт однозначную оценку: потери от репрессий завышены в десятки раз. Гиперболизация количества жертв «красного террора» действует эффективно на уровне эмоций, однако к науке истории не имеет никакого отношения.

Волков Ф. Д. Тайны Уайтхолла и Даунинг-стрит. М., 1980. С. 102.

Скорик А. П. Казачий Дон. Очерки истории. С. 35.

Гудериан Г. Внимание: танки! М: Центрполиграф, 2023. С. 15.

Цит. по: Мининков Н. А., Мининкова Л. В. Не только война: из истории интеллектуальной жизни Новочеркасска 1919 г. / Материалы Всероссийской научной конференции, г. Ростов-на-Дону, 27–28 июня 2019 г. С. 201.

Конскрипция — способ комплектования войск на принципе всеобщей во-инской повинности. Волвенко А. А. Новые сведения о «Проекте основных начал положения о Войске Донском» // Новое прошлое. 2023. № 4. С. 192.

Номикосов С. Ф. Статистическое описание земли Войска Донского. С. 337.

Сборник Областного войска статистического комитета. Вып. 2. Новочер-касск, 1905. Ч. 5. С. 17.

Козлов А. И. На историческом повороте. Ростов н/Д: Кн. изд-во, 1977. С. 32.

Лейб-казаки. М. «Вече», 2008. С. 228.

Баранов А. В. Наследие Гражданской войны во взаимоотношениях каза-чества и крестьянства Юга России с властью в 1920-х годах // Вестник ВолГУ. 2022. Т. 27. № 4. С. 118.

Венков А. В. Атаман Краснов и Донская армия. 1918 год. М.: Вече, 2008. С. 155.

Венков А. В. Геноцид, голодомор и другие ужасы в истории «казацкого на-рода» // Новое прошлое. 2018. № 1. С. 285.

См.: Заяц Н. К. К вопросу о масштабах красного террора в годы Граждан-ской войны / Докл. на заседании круглого стола в Государственной думе от 7 декабря 2017 г. Футорянский Л. И. Казачество в огне гражданской войны в России (1918−1920 гг.) Оренбург: ГОУ ОГУ, 2003. С. 474.

Рыжов В. Антон Деникин: позор двух эвакуаций, отставка и бесславная жизнь в эмиграции // Военное обзрение. 2025. 25 авг. С. 3.

Венков А. В. Донская армия. Организационная структура и командный состав. 1917–1920 гг. Вып. 4. Донские казаки в Крыму в рядах «Русской армии» П. Н. Врангеля. Ростов н/Д.: Альтаир, 2018. С. 223.

Венков А. В. Выход донских казаков из Гражданской войны / Гражданская война в России: проблемы выхода, исторические последствия, уроки совре-менности. Новосибирск, 2022. С. 289.

Гражданов Ю. Д. Всевеликое Войско Донское в годы Гражданской войны С. 92.